В Подмосковье провели спецкурс для журналистов ведущих СМИ государств - членов ОДКБ

«Нас учили выживать». В Подмосковье провели спецкурс для журналистов.

Они осознанно рискуют жизнью ради права людей на информацию. Все чаще, работая в зонах вооруженных конфликтов, репортеры становятся для боевиков целью номер один. Июль 2018–го: в Центрально–Африканской Республике погибли журналисты: Орхан Джемаль, Александр Расторгуев и Кирилл Радченко. Апрель 2018–го: в районе Даман афганской провинции Кандагар из–за взрыва погибли репортеры зарубежных и местных изданий. Ноябрь 2015–го: в Сирии машина со съемочной группой RT попала под огонь боевиков, одна противотанковая управляемая ракета взорвалась рядом с ней, вторая попала в автомобиль. Среди раненых был и Роман Косарев. С ним и другими коллегами я познакомилась на недавнем обучающем семинаре в подмосковном Всероссийском институте повышения квалификации сотрудников МВД России. Нас учили выживать. Такой курс для представителей СМИ, специализирующихся на контртеррористической тематике, в формате ОДКБ проводят впервые.

Фото автора и других участников семинара.

 

Ситуации, согласитесь, бывают разные, и не только в зонах конфликтов. Поехал человек писать, скажем, о международном творческом конкурсе, а там — теракт... В общем, на лекциях нам рассказывали о современном терроризме и религиозном экстремизме, нюансах вербовки и методах боевиков, геополитическом аспекте и о том, что сейчас создается единый перечень организаций, которые во всех странах ОДКБ будут признаваться террористическими. Любопытна также лекция о психологических особенностях личности террориста и многое другое.

В класс вошел руководитель нашей группы Андрей Михайлов, боевой офицер спецподразделения и исполняющий обязанности начальника кафедры Международного межведомственного центра подготовки и переподготовки специалистов по борьбе с терроризмом и экстремизмом. Сразу сказал, что этот недельный семинар запомним на всю жизнь: «Работа с учебным оружием, эвакуация, приемы самообороны, полоса препятствий... Чтобы сумели в любой ситуации адекватно себя вести и выжить. Пока — о взрывотехнике». На стол ложится чемодан. Вот мощнейшая взрывчатка, помимо прочего, способна притупить чувство страха. А вот эту даже вживляли в тело собак, был случай — и в тело человека: палестинец предложил супруге увеличить грудь, а позже выяснилось, что вместо имплантата — взрывчатка.

...Мы шли на полигон, осматривались. Андрей Владимирович появился из–за двери одной из «комнат» учебно–тренировочного комплекса, в руках — провода:

— Пять минут на перекур и начнем.

Некоторые курили нервно. В соседних «комнатах» тренировался российский спецназ.

— Кто первый? — начгруппы протянул три сумки. — Разбирай противогазы и идем.

Задача такая: журналисты решили снять репортаж о штабе боевиков, которых выкурили с позиций, но противник оставил «сюрпризы». Проблема, говорит куратор, актуальная, ведь гражданские люди наталкиваются на оставленные террористами ловушки, растяжки: «Главное, ничего не трогать. Увидели ту же гранату — бегите».

Полковник Михайлов показал, как правильно открывать дверь, которая может быть заминирована. Так и сделали, за дверью рвануло. Немного выждали, осмотрелись, заходим. Дальше срабатывает датчик движения, значит, есть 3 секунды, чтобы отскочить и упасть на землю или свернуть за стену или к выходу, если те близко. «У вас видеокамеры, телефоны, так не высовывайтесь, а сперва осмотритесь с их помощью», — советует офицер. Противник, говорит, не будет повторяться, а постарается вас переиграть. Поэтому второй группе задание сложнее.

«Теперь представим, что ваша машина попала под обстрел. Сразу скажу, позиция у вас не лучшая, — Владимирович объяснил, как надо выбираться из транспорта и передвигаться потом, не поймав пулю. Начали. Над головами гремел голос Михайлова: «Куда в полный рост?! Вы уже трупы! Ползком!» Мы падали и ползли. Где–то рядом рвануло. Дым. «Спиной не бежать! Рывками под углом и короткими перебежками! На исходную!»

Проиграли возможные ситуации с эвакуацией раненого. Прошлись по средствам индивидуальной защиты, аптечкам (лучше иметь их две: на поясе и объемнее — в машине или гостинице). Первую помощь при травмах в экстремальных условиях мы оказывали тренажеру, его же реанимировали.

На занятиях по ориентированию на местности нам рассказали, как определять стороны горизонта при разных обстоятельствах. Самое простое (если нет компаса) — по местным признакам. Известно, к примеру, что алтари православных церквей, часовен обращены на восток, а главные входы расположены с западной стороны. Алтари католических церквей смотрят на запад, двери мусульманских мечетей и еврейских синагог — примерно на север. Вспомнили школьный курс про мох, муравейники, солнце, полярную звезду и т.д. Коллеги рассказали свои ситуации, когда не удалось определить географическую координату с помощью GPS, и точку стояния вычисляли по имеющимся ориентирам, обратным «засечкам» вроде горы или населенного пункта. Еще до поездки, советуют, разработать в редакциях план действий на случай чрезвычайной ситуации, алгоритм эвакуации репортеров.

Финальный этап — полоса препятствий. Краткий инструктаж и старт. Ныряем в трубу. В конце тоннеля слышится полковничье: «Бегом на щит! Потом — канат!» Макс (Сиротин, оператор RT) вспорхнул наверх первым, за ним Валера (Мельников, фотокор МИА «Россия сегодня») и Саша (Темнов, корреспондент, Россия), Володя (Зайнетдинов, пресс–секретарь ОДКБ). Меньше минуты — и ребята уже скользили вниз по ледяной трубе, советуют: на канате лучше чисто на руках.

Рукоход тоже оказался скользкой заразой. Мне дались всего три перекладины, как ни подсаживали коллеги. Парни прошли. Где–то сверху орал Максим: «Руку давай!» И тащил на стену кого–то из ребят. Трамплином снизу были руки Нуртаса (Кушеров, журналист, Казахстан). Теперь подлезть под забор, прорыв лаз. Нормально, справились. Дальше — особо коварная штука: прыжки по обледеневшим колышкам. Кто–то сзади матерится, тоже скользит по колышкам. Снова стена, снова чьи–то руки. Медет (Ахметов, корреспондент, Казахстан) помогает пройти шаткий мост.

Высокая стена из автомобильных покрышек и цепей. Мы наверху, но наставник требует: «Дальше! Мелкая, давай в дырку между покрышками!» И я лезу, затем опять вниз. На буреломе хотела схитрить, пройти под бревнами. Начгруппы не дал: «Высокие — перелазим сверху, низкие — снизу». С чьей–то помощью буквально перелетаю через бревно, которое мне по шею...

— Ну, поздравляю, теперь вы команда! — встречал на финише офицер. Напоследок показал приемы рукопашного боя. Действия простые, но эффективные.

Торжественная часть. Мы благодарим, нам вручают сертификаты о прохождении обучения. Замначальника ВИПК Илья Бондарь отметил, что хотя в институте впервые столкнулись со столь специфической аудиторией, опыт общения с представителями журналистского цеха полезен: «Нам стоит подумать над закреплением этой тематики в учебной программе на постоянной основе».

 

Источник: СБ-Беларусь Сегодня